Похлёбка из камней

Жили две сестры — Анна-Мария и Виттория. Анна-Мария вышла замуж за богатого лавочника, Виттория — за угольщика. Уголь жечь — не то, что товары в лавке продавать да барыши подсчитывать. Угольщик работает много, зарабатывает мало. Но в маленьком домике, что стоял на опушке леса, всегда было весело, потому что угольщик вставал с песней и спать ложился с песней, да не с одной и той же, а всё с разными. И откуда он их брал! Дети у Виттории — две девочки и три мальчика — росли румяные, послушные и весёлые.

А у Анны-Марии был всего один сын, да и тот злой и плаксивый. Как мать ему ни угождала, как ни баловала, он только худел и бледнел от злости. Вот богатая Анна-Мария и завидовала бедной Виттории.

Настал год, когда в местности, где жили сестры, появилась чёрная лихорадка со своей подругой — костлявой смертью. Они заглядывали то в один дом, то в другой. Не миновали страшные гостьи хижины угольщика, постучались и в дом лавочника. В один день сестры вышли замуж, в один день стали вдовами.

Осталась Виттория с пятью маленькими детьми. Уголь обжигать не женское дело, а другой работы Виттория, как ни искала, найти не могла. Тогда решила она пойти к своей сестре Анне-Марии.

— Помоги мне, сестра, — попросила Виттория — Дай хоть немного хлеба, чтобы накормить детей.

— Навязались на мою голову дармоеды! — закричала Анна-Мария. — Ну, так и быть, бездельница, прибери в доме, вычисти хлев, накорми скотину, выполи огород, тогда и просить будешь.

Виттория прибрала в доме, вычистила хлев, задала корм коровам, подоила их, все сорняки в огороде выдергала.

— А теперь испеки хлеб, — приказала Анна-Мария. Когда хлеб испёкся, она выбрала самый маленький хлебец и дала сестре.

— Можешь приходить завтра опять, — сказала лавочница, а про себя подумала: "Недолго же будут румяными твои дети, если ты разделишь на пятерых такой хлебец!"Виттория пришла и на следующий день. Сестра задала ей работу ещё тяжелей, а вечером положила перед ней хлебец меньше вчерашнего. Только на этот раз Виттория оказалась похитрей — вымесила тесто, а руки мыть не стала. Пришла домой, поставила котёл на огонь и всю приставшую к ладоням муку стряхнула в воду. Получилась вкусная мучная похлёбка. Дети поели её и почти сытые легли спать.

Так и стала делать Виттория. И румянец на щеках её детей разлился ещё ярче, чем раньше.

Однажды Виттория во дворе у сестры молола на ручной мельнице зерно. Вдруг в ворота вошёл нищий старик.

— Дай мне кусочек хлеба, добрая женщина, — сказал он, — я голоден.

Виттория ответила:

— И рада бы накормить тебя, да я здесь не хозяйка. Попроси у моей сестры.

Тут Анна-Мария выбежала из дома и принялась браниться:

— Убирайся, бродяга, пока я собаку на тебя не натравила!

А за Анной-Марией выскочил её сыночек. Он собрал камешки под ногами и давай швырять их в старика.

Нищий повернулся, чтобы уйти, но Виттория успела шепнуть ему:

— Вечером жди меня у поворота дороги, где растут большие оливы.

Виттория кончила работу и пошла домой. На камне у поворота дороги сидел нищий и ждал Витторию. Она вынула из корзинки свой хлебец, разломила его на шесть равных частей и одну протянула старику. Старик взял хлеб и спросил:

— Чью же долю ты мне отдала, женщина?

— У меня пятеро детей, — ответила Виттория, — шестая я сама. Вот я и отдала свою долю. Ты не беспокойся, я сегодня много поработала и скоро усну. А во сне человеку есть не хочется.

— Что ж, спасибо. Может, и я тебе когда-нибудь помогу, — сказал старик.

Прошло ещё немного времени. Как-то сын Анны-Марии увидал парящего в небе орла и захотел с ним поиграть. Анна-Мария так любила сына, что будь у неё крылья, она непременно полетела бы за орлом. Однако крыльев у неё не было, и она стала уговаривать милого сыночка поиграть другими игрушками. Но милый сыночек хотел только орла. Он разинул свой большой рот и принялся вопить. Да так, что к вечеру все в доме оглохли от его крика, а сам он заболел.

— Ну, а твои дети, — спросила Анна-Мария у Витто-рии, — здоровы?

— Здоровы, — ответила Виттория.

И тут Анну-Марию начала грызть чёрная зависть. Она послала сестру работать в поле, а сама побежала к ней в дом. Когда Анна-Мария увидела, какие румяные и весёлые дети у Виттории, она чуть не заплакала от огорчения.

— Э, милые племянники, добра бы вам не видать, чем кормит вас мать, что у вас такие круглые щёки? — И она больно ущипнула младшего мальчика.

— Мы едим мучную похлёбку, — ответил старший.

— Мучную похлёбку? А где же мать берёт муку?

— Как только мама приходит домой, она стряхивает над котлом муку, приставшую к ладоням, — сказала девочка.

. ‘"Ах вот оно что!" — подумала Анна-Мария.

В тот же вечер она велела своей сестре хорошенько вымыть руки перед уходом и прогнала её, не дав ни кусочка хлеба.

Виттория пошла домой с пустой корзинкой. На повороте дороги она остановилась и задумалась. Что она скажет голодным детям, чем их накормит?

Тут Виттория увидела у обочины три камня. Она подняла их, положила в корзинку и сверху прикрыла передником.

К её возвращению дети, как всегда, наносили воды, вымыли котёл и разожгли огонь в очаге. Когда Виттория пришла, вода в котле уже закипала.

— Ну, детки, — сказала она, — сегодня у нас будет похлёбка, да не мучная, а из хорошего мяса.

С этими словами Виггория опустила в котёл три камня.

— А мясо долго варится? — спросили дети.

— Долго, детки, видите, какое оно твёрдое, — и Виттория постучала деревянной ложкой по камням в котле. — Когда оно станет мягким, похлёбка будет готова. А пока поиграйте.

Дети побежали играть. Мать села у котла, в котором варились камни, и горько заплакала.

"Час уже поздний, — думала она, — дети поиграют и уснут, позабыв о еде. Сегодня я их обманула, а что с нами будет завтра? Удастся ли мне найти работу?

Но вот двери распахнулись и в комнату вбежали дети. Они привели с собой — кого бы вы думали? — того самого старика-нищего, которого Виттория недавно накормила хлебом.

— Мама, мама, — закричал старший сын, — дедушка сказал, что он тоже голоден! Накорми и его нашей мясной похлёбкой.

— Почему же не накормить? — проговорила Виттория. — Но мясо ещё твёрдое.

Сказки народов мира — Аудиокнига


Понравилась статья? Поделиться с друзьями: